22:23 

It's Cold in Skyhold

NightoCorsa
Like Hell I Will!
It's Cold in Skyhold
Автор: NightoCorsa(aka CDR_Sheridan)
Фэндом: Dragon Age
Персонажи: 1) фТревелиан, Дориан; 2) фКадаш, Алистер 3) Солас, Каллен, на заднем плане фКадаш 4) Мередит, Вивьен, Хоук, Солас, Дориан,фКадаш 5) фТревелиан, Дориан 6) Дориан, Галвард Павус 7) фТревелиан/Каллен, Дориан, Коул 8) Солас, Митал, ф!Инквизитор 9) мАдаар/Жозефина, Лелиана; заочно мХоук/Изабела, фКусланд/Алистер.
Жанры: Юмор, Драма, Фэнтези, AU, Стёб
Статус: закончен

Описание: 1. О Дориане, Инквизиторе Тревелиан и ритуалах кровавой магии. 2. О полностью АУ-шной встрече Инквизитора Кадаш и ее спутников с королем Ферелдена и игровой механике. 3. Об эльфийском расисте, человеческом гномофобе, высоких стандартах и тесемке. 4. О Мередит и неправильных магах. 5. О встрече фТревелиан и Дориана в ночном саду и феландарисе. 6. О разговоре Дориана с его папашей в Скайхолде. 7. О победе над Корифеем, несговорчивом одеяле и мехе неизвестного происхождения. 8. О финальной встрече ф!Инквизитора и Соласа. 9. О скайхолдских сплетнях.

Фикбук




— Варрик, а что это наша Инквизитор в последнее время такая нервная? — поинтересовался Блэкволл. Любопытство даже привело мужчину из прохладных недр привычного сарая в таверну, где сегодня коротал время гном. — Что-то случилось после того, как вы вернулись из похода во Внутренние Земли. Да и Дориан какой-то странный. Даже перестал называть меня «лохматым увальнем», как он обычно это делает. И никаких комментариев по поводу моих нечесаных волос. Не похоже на него.
Гном шкодливо улыбнулся и потянулся к кружке.
— Вот скажи, тебе наш маг нравится? — прямо спросил он.
— В каком смысле?! — обалдел Страж. — Варрик, я это самое... не из этих самых!
— А вот нашей леди Инквизитору он очень нравится, о чем он, похоже, прекрасно знал, — продолжил Варрик. — И в отличие от нас, до последних событий она даже и не подозревала, что не во вкусе Дориана. Все началось с того, что Дориан, Кора, Кассандра и я направились в Редклиф, где Павуса-младшего ожидала теплая встреча с Павусом-старшим. Инквизитор была уверена, что магистр — последняя сволочь, и была полна решимости защитить Дориана, а после всего этого еще и утешить нашего мага...

***


На взгляд Галварда, уважаемого магистра в Тевинтере, на «леди» Инквизитор походила слабо: одежда из мягкой кожи была заляпана дорожной пылью и плохо отмытыми бурыми пятнами, на поясе демонстративно висели отмычки, из-за спины выглядывали рукояти кинжалов, а щеку рассекал старый шрам. Магистр смутно помнил, что девушка приходилась Павусам какой-то родней (по счастью, очень дальней). Впрочем, главное сейчас, что она смогла привести в таверну Дориана. Сын же как всегда выглядел великолепно: прямая осанка, ухоженные волосы, аккуратно подстриженные усы, одеяние из дорогой ткани без единой пылинки... Магистр невольно улыбнулся. Кем были остальные (плутоватого вида гном и высокая суровая женщина, топтавшиеся в углу) он не знал и знать, в общем-то, не хотел, пока они не станут вмешиваться.

Судя по злобному выражению лица сына, он ожидаемо не горел радостью встречи.

— Ну конечно! — всплеснул руками Дориан. — Не мог же великий магистр Галвард приехать в Скайхолд и быть застуканным с ужасным Инквизитором!
Ужасный Инквизитор смущенно отошла за спину мага и не знала, стоит ли ей сейчас вмешиваться. В первый раз она слышала в голосе Дориана столько злости.
— Что это, отец? — не унимался маг. — Засада? Похищение? Воссоединение семьи?
— Он всегда таким был, — сказал Павус-старший, словно извиняясь.
Кора хотела сказать, что они это уже заметили, но не стала.
Дориан скрестил на груди руки.
— Видишь ли, я предпочитаю общество мужчин. Отец не одобряет.
— Я... не догадывалась об этом, — пробормотала Тревелиан, чувствуя, что ноги начинают подкашиваться. От встречи она ожидала чего угодно, но точно не такого поворота. Все дальнейшие планы и виды на Дориана пошли нагу под хвост.
— Он научил меня ненавидеть магию крови, — продолжил Дориан. — Но именно к этому он обратился в первую очередь, когда его наследник отказался притворяться всю свою жизнь! Ты пытался изменить меня!
— Я просто хотел лучшего для тебя!
— Для себя! Зачем ты пришел?! — похоже, Дориан с трудом себя контролировал.
— Если бы я знал, что из-за меня ты пойдешь в Инквизицию... — вздохнул Галвард.
— Я присоединился к Инквизиции, потому что это было правильно!

Кора переводила взгляд со своего Павуса на другого. Тревелиан просто физически ощущала исходящую от Дориана ярость. Затем она взглянула на Галварда. До этого ее воображение рисовало стереотипно зловеще смеющегося тевинтерского магистра, всеми правдами и неправдами пытающегося вернуть блудного сына обратно домой. И уж точно она никак не ожидала увидеть раскаивающегося человека, который, похоже, искренне сожалел о том, что сделал.

— Дориан, — она подергала мага своего мага за рукав. — Дай ему хотя бы слово вставить!
— Нет! — отрезал Павус-младший. Судя по тону его голоса, отцу он хотел еще много чего высказать. Павус-старший опустил взгляд, но промолчал.

Кора поняла, что ситуацию надо брать в свои руки.

Возможно, сейчас могла бы состояться трогательная сцена принесения извинений, последующего прощения и семейного объединения, или скорее всего, еще большего отчуждения, но ей не суждено было случиться. Раздался глухой стук чугуна о затылок. Тревелиан застенчиво прятала схваченную со стола сковородку за спиной; Дориан без сознания лежал у ее ног.

Галвард с удивлением посмотрел на Тревелиан. Под его взглядом та немного смутилась и робко протянула магистру свободную руку, которую он все-таки пожал.

— Тяжело вам, наверное, с ним было, — посочувствовала ему Кора.
— То всех домочадцев до слез доведет, то магистрат до истерики, — подтвердил Галвард.
— Это еще что! Вот мы недавно в Тени были. И знаете, что? Его там демоны боялись. «Опять ты, Дориан?! Уходи отсюда, и без родителей не возвращайся!» А недавно он из демона гордыни демона депрессии сделал! Начал ему рассказывать, какой он замечательный маг, а у того куча комплексов...
— Похоже на него, — согласился Галвард.
— Я вот что хотела спросить... Может, вы все-таки проведете ритуал, который изменит его ориентацию? Не то, чтобы я одобряла магию крови... но тут-то случай уникальный, требующий дополнительного вмешательства.
— Я не совсем теперь уверен, что это хорошая идея, — признал магистр. — Каюсь, я был в отчаянии и искренне считал, что так будет лучше для Дориана, за что я и поплатился. Сын мне доверял, я им гордился, а теперь... — он устало махнул рукой, и Тревелиан стало его жаль.
— Думаю, у такого прекрасного мага как вы все должно получиться, — улыбнулась она улыбкой душегуба, выхватила один из своих кинжалов и сунула под нос магистру. Тот судорожно сглотнул. Инквизитор тем временем закатала рукав куртки и вновь протянула оружие магистру. — Начинайте ритуал!

***


— Надеюсь, все получилось.
Магистр в изнеможении присел на стул.
— Когда он очнется, передайте ему, пожалуйста, что, когда он наиграется в Инквизицию, его ждут дома.
— Вообще-то, у нас серьезная организация, — нахмурилась Тревелиан. — Но я обязательно ему передам.

***



— И потом многоуважаемый магистр направился по своим магистерским делам, — продолжил Варрик. — А Кассандра и Кора подхватили Дориана, который все еще был без сознания, и потащили в ближайший лагерь. Ты бы видел Инквизитора! Вся светилась от счастья. А эта плотоядная ухмылка на ее лице... В общем, на этот ритуал она возлагала много надежд.
— Но-о-о-о... — потянул Блэкволл, вопросительно уставившись на гнома. — Чувствуется здесь какой-то подвох.
Варрик загадочно улыбнулся.
— Дориан пришел в себя. Шишка на затылке, конечно, его расстроила, да и сковородка помяла его великолепную прическу, что он Тревелиан простит не скоро. Но самое главное, что наш маг очень быстро сообразил, что к чему, и какой ритуал кровавой магии все-таки провел его отец.
— Кричал и швырял молнии? — Блэкволл аж подался вперед, жадно вслушиваясь в каждое слово гнома.
— Нет, не в его стиле, — покачал головой Варрик. — Но он был крайне зол, это точно. Глаза потемнели, взгляд такой... нехороший. И совершенно не похоже, чтобы он воспылал к Инквизитору нежными чувствами.
— И что он ей сказал?
— Сказал, что ритуал, проведенный Галвардом, не сработал. И даже если вдруг и сработал, то затащить в палатку он ее хочет, чтобы убить без свидетелей, а не для чего все подумали. Но спасибо хотя бы на том, что он не остался овощем. Конечно, он может ее понять, ведь тяжело не влюбиться в такого замечательного мага. Он бы и сам на ее месте собой восхищался.
— И все? — разочарованно спросил Блэкволл.
— Это было бы не похоже на Дориана. Очень скоро он успокоился и миролюбиво предложил другое решение. Кора ему тоже очень нравится, и, если уж не получилось так, то есть другой вариант... — Варрик сделал эффектную паузу и отхлебнул из кружки. — С помощью кровавой магии провести другой ритуал и сделать из Инквизитора мужчину. Судя по побледневшей физиономии Тревелиан, ей это почему-то не понравилось. Но Дориан настойчиво стал расписывать ей все преимущества. В общем, несмотря на все протесты леди Инквизитора он начнет готовиться к ритуалу.
Блэкволл скептически хмыкнул.
Варрик ухмыльнулся и развел руками.

***


В последнее время Кора из вполне здорового и цветущего Инквизитора превратилась в бледного от недосыпа и задерганного, шарахающегося от собственной тени. Она даже попросила Каллена, чтобы тот выставил в тронном зале охрану из своих людей, но и это не помогало.

Дориан не раз подходил к ней в людных местах, картинно вставал на колено (предварительно брезгливо выбирая пятачок поверхности почище) и начинал слезно упрашивать согласиться на ритуал кровавой магии, чтобы они могли быть вместе. Причем, делал это так искренне и убедительно, что Мать Жизель в последнее время начала с укором посматривать на Тревелиан, которая не спешила отвечать Павусу взаимностью. От всего этого, как Коре казалось, глумливый маг получал некое извращенное удовольствие (а еще наслаждался сочувствующей аудиторией).

В другой раз, только заметив, что Тревелиан смотрит в его сторону, Павус начинал делать страшное лицо и что-то зловеще бормотать себе под нос, делая вид, что колдует. Кора шарахалась, маг глумился.

Затем Дориан радостно сообщил ей, что после проведения ритуала он со своим лучшим другом даже готов вернуться в Тевинтер и помириться с отцом. Жозефина сдержанно хихикала и говорила, что это очень мило. Кассандра подбадривала. Солас качал головой. Варрик ходил и делал наброски для нового романа. Блэкволл ждал развития событий. Каллен вообще не желал отвлекаться на всякую ерунду.

В один прекрасный день, когда маг тихо-тихо подкрался со спины и внезапно обнял Инквизитора за талию, нежно прошептав ей на ухо: «Ну что, готова? Когда начнем?», ее нервы сдали окончательно. Она с криком вырвалась из когда-то желанных объятий и убежала в свои покои. Если бы в тот момент к ней подошел сам Корифей и предложил переметнуться в его лагерь, Тревелиан без сомнений и колебаний согласилась бы, лишь бы подальше от мага. При этом, окружающие, казалось, вообще не замечали проблем, что было особенно обидно.

В своих апартаментах Кора несколько раз проверила, закрыты ли все окна, двери, и, свернувшись калачиком на кровати, так похожей на ту, что осталась где-то в Оствике, наконец уснула, даже не утруждая себя тем, чтобы снять куртку.
***


...Проснулась она глубокой ночью. За окном было темно, не считая неяркого света молодой луны, в камине тихо трещало пламя.

Кора приподнялась на локтях и с наслаждением потянулась. На нее нашла решимость.
Надо было разобраться с этим. Поговорить с Дорианом как взрослые люди, попросить его перестать ее терроризировать и извиниться наконец, что следовало бы сделать давным-давно.

От найденного решения стало тепло и приятно. Ровно до тех пор как ее глаза привыкли к темноте, и Тревелиан заметила, что в кресле сидит Дориан с одной из его фирменных ухмылочек на лице. Он заметил на себе ее взгляд, встал и пересел на кровать.
Инквизитор хотела отодвинуться подальше, но ее словно парализовало.
Маг тем временем не спеша достал один из ее кинжалов, закатал рукав и приложил оружие к запястью.
— Кричать буду, — хрипло предупредила его Тревелиан.
— Чтобы все подумали, что я тебя тут чести лишаю? — невозмутимо уточнил Дориан. — Давай, ты же Инквизитор, чего ты вообще боишься? Подумаешь, всего какой-то незначительный процент того, что это тебя убьет, но этим же можно пренебречь! Зато сколько плюсов!
Кора отрицательно помотала головой. В ее глазах стояли слезы. Даже несмотря на мелкие ежемесячные проблемы, менять пол она почему-то совершенно не хотела. Даже из-за Дориана.
— Представь, какую шикарную бороду ты сможешь отрастить, — не унимался маг. — Гуще, чем у Блэкволла. И шелковистее! Если, конечно, будешь ее расчесывать.
Тревелиан не выдержала и всхлипнула.
Дориан вздохнул, положил кинжал куда-то в сторону и погладил Кору по руке. Та в ужасе шарахнулась в сторону.

— Да ладно тебе, — проговорил маг. — Я же пошутил.
— Что? — с недоверием пробормотала Инквизитор.
— Нет такого ритуала, — раздраженно бросил Дориан. — Вообще. Все остальные, кстати, это сразу поняли. Ты вообще представляешь, что бы произошло, если бы с тобой что-то случилось?
Кора почувствовала, что у нее с плеч упала гора. Сейчас до нее начала доходить вся абсурдность ситуации.
— То есть, все знали, что ты просто надо мной издеваешься? — дошло до Тревелиан. — И ничего не сделали?!
— Они с интересом наблюдали, — поправил ее маг. — А ты первая начала. И если что, то после Редклифа я был сильно обижен. И только виноград сможет залечить мои душевные раны.
— Извини... — вздохнула Инквизитор. — Я скажу Жозефине. Просто... просто мне казалось, что так будет намного лучше!
Она искренне надеялась, что в темноте не будет заметно ее покрасневшего лица.
— Знаю, мой отец думал точно так же. Ладно, проехали, — Дориан махнул рукой. — В меня тяжело не влюбиться, я же прекрасен. Но было бы крайне печально, если бы с таким прекрасным магом что-то случилось, причем по вине какого-то Инквизитора!
Кора фыркнула, но решила не спорить.
— Мир? — предложила она, протягивая руку.
— Мир, — согласился Дориан, пожимая ее.
— А ритуал точно не?.. — с надеждой в голосе спросила Кора.
Дориан отрицательно покачал головой.
— Надеюсь, мы теперь не передеремся из-за Каллена?
— Врешь, — недоверчиво сказала Тревелиан. — Ты точно не в его вкусе.
— Взаимно. Но видишь ли, мне кажется, что он поглядывает на тебя с большим интересом, — Дориан пожал плечами. — Дай ему шанс.
Он взял руку Коры и прижал к своему сердцу.
— А теперь, моя дорогая леди Инквизитор, позволь отдать тебе самое дорогое, что у меня есть.
Кора почувствовала в своей руке какой-то твердый предмет.
— Бороду ты не отрастишь, но расческа тебе все равно нужна. Странные у вас в Ферелдене понятия о личной гигиене! — оправдываясь, сказал Дориан. И только расслабленное состояние Инквизитора спасло его от тяжелых последствий.





Двери широко распахнулись, и в зал ввалилось какое-то семейство, состоящее из родителей и двух малолетних благородных отпрысков. Во всяком случае, так Алистеру сперва показалось.

Потом король пригляделся, и компания стала больше напоминать бандитов с большой дороги. Высокая женщина с коротко остриженными волосами и крайне суровым выражением лица явно не горела желанием обсуждать погоду или недавние светские приемы, а бородатому мужчине было самое место среди банды каких-нибудь наемников или мародеров. Гном (один из двух) с крайне плутовской физиономией вызывал желание проверить, на месте ли кошелек. Второй гном, точнее, гномка, пришедшая с огромным двуручным мечом за спиной (или, учитывая их размеры, правильнее было бы сказать, что это меч пришел с гномкой), скромно переминалась с ноги на ногу в сторонке и рассматривала карту.

Алистер встал и приготовился поприветствовать делегацию от Инквизиции, но те не спешили подходить ближе.

Инквизитор Шэра Кадаш, так и не поздоровавшись, убрала карту обратно в сумку на поясе, по-хозяйски обвела взглядом помещение и бодро зашагала к ближайшей стене, где висели картины.

Тейрин когда-то сам распорядился повесить их там, так как туда попадало меньше всего света. У королевы было крайне странное чувство прекрасного, что ничуть не мешало ее выдающимся художественным способностям. При взгляде на нечто с крыльями и огромными зубищами Алистер каждый раз нервно вздрагивал и про себя начинал молиться Создателю.

— Архидемон! — восхищенно проговорила гномка, прочитав текст на табличке под картиной, и подошла к следующему произведению.

На взгляд короля, Логэйн королеве определенно удался. Под портретом так и хотелось написать: «Внимание, его разыскивает городская стража!» Далее следовали пейзажи мест, где, как королева утверждала, они успели побывать во время многочисленных путешествий, и Алистер предпочитал верить ей на слово. По счастью, леди не настаивала на том, чтобы повесить картины в спальне.

Кадаш обошла залу по кругу (при этом почему-то подпрыгивая через каждые шаг-два): с интересом прочитала таблички под картинами, удостоила равнодушным взглядом полотно с гербом Тейринов, осторожно прокралась мимо пожилого уже мабари, мирно спящего у камина, заметила стоящий в углу сундук и решительно направилась к нему. Король с тоской и слезами в глазах смотрел, как деревянные солдатики исчезают в поясной сумке Кадаш. Но в конце концов, не портить же отношения с Инквизицией ради такой мелочи?..

Гномка тем временем обворожительно улыбнулась и бодро зашагала к Алистеру. Он вновь постарался изобразить радушное выражение лица (хотя получалось уже плохо), но Инквизитор даже не посмотрела в его сторону. Ее спутники начали негромкую беседу о чем-то своем (судя по интонациям, женщина за что-то отчитывала гнома).

Кадаш же обошла трон, присела на корточки и с радостью ученого, нашедшего давно утерянный артефакт, стала изучать криво нацарапанную надпись на спинке. Алистер немного покраснел: стишок не слишком приличного содержания когда-то вырезала ножом королева, она же в девичестве леди Кусланд, во время какого-то скучного приема. Тейрин потом пытался ее устыдить, но та лишь беззаботно отмахивалась: все равно там никто не заметит. Гномка уже закончила читать и пробормотала что-то о «прекрасном образце сказаний для кодекса». Что она хотела этим сказать, Алистер так и не понял, но решил не спрашивать.

Затем Инквизитор заметила лежащую за троном книгу, которую король забыл вернуть в библиотеку, схватила и начала листать. Тейрин втайне порадовался, что это оказался серьезный исторический труд, а не сборник ферелденских сказок. Гномка положила ее на место и придирчиво осмотрела подножие трона.

— Блэкволл! — Алистер чуть не вздрогнул, впервые услышав голос Шэры Кадаш.

Бородатый мужчина подошел к гномке, вытащил откуда-то шест, на котором развевалось полотно с символом Инквизиции (король готов был поклясться, что только что в руках у него ничего не было), и, как следует размахнувшись, с помощью неизвестной магии воткнул знамя в каменный пол. Алистер еле-еле успел подхватить полу длинного плаща, иначе бы тот оказался пришпиленным к полу.

— Под защитой Инквизиции! — удовлетворенно прокомментировала Кадаш.
— Но нас не нужно защищать! — не выдержал Алистер. — Это вообще мой замок!
Однако Инквизитор его не услышала (если вообще слушала).

— Ладно, возвращаемся в Скайхолд, — сообщила она своим спутникам. — Надо продать награблен... приобретенное во время путешествия в Денерим, да и ребята Каллена и шпион Лелианы уже должны были вернуться с заданий, надо им новые выдать. И напомните мне поговорить с Вивьен! Потом вернемся сюда.

— Эй! — Тейрин вскочил с трона. — У нас вообще-то была запланирована официальная встреча! Что вы себе позволяете?!

Гномка удивленно обернулась, казалось бы, впервые заметив короля всея Ферелдена. Затем ее взгляд переместился с Алистера на его трон.

— А ведь мне как раз не хватает ферелденского для коллекции, — пробормотала она. — Блэкволл!
— Да, моя леди?

Гномка кивнула в сторону короля, который от возмущения не мог слова выговорить.
Бородач мягко, но уверенно оттолкнул Алистера в сторону, схватил трон и кряхтя взвалил его себе на плечи, после чего вся делегация от Инквизиции направилась к дверям, не слушая ругань Тейрина.

Алистер тем временем думал, как убедить королеву, когда она вернется, что трон был официально пожертвован Инквизиции, а не потерян, сломан, проигран в карты, или пропит, и как объяснить ей натянутые отношения с Инквизицией.





Аптекарь сказал, что жизни и здоровью Кадаш уже ничего не грозило. Впрочем, Каллен лично хотел в этом убедиться.

Гномка мирно спала, вытянувшись во весь свой небольшой рост, и тихо сопела. Кто-то прислонил ее двуручник к спинке кровати, и коммандер машинально сравнил его и ее размеры. Меч явно выигрывал.

Каллен наклонил голову то в одну сторону, то в другую, придирчиво разглядывая Кадаш. Несмотря на «детский» размер, округлые формы гномки выглядели совершенно недетскими, даже наоборот, им могла позавидовать любая завернутая в корсет придворная дама.

Дверь тихо скрипнула, и Каллен молниеносно обернулся. Коммандер сразу же залился краской. Почему-то он почувствовал себя злым извращенцем, пристающим к маленьким детям.
Солас, напротив, никак не прокомментировал присутствие человека. Выглядел эльф недовольным и даже каким-то раздраженным.

— Ну вот что это такое? — сквозь зубы проговорил он и наморщил свой длинный нос.
— Леди Кадаш, — нашелся Каллен. — Я ее... охраняю!
Эльф досадливо махнул рукой и присел на стул около камина.
— И почему, спрашивается, это не могла оказаться эльфийка?

Коммандер на мгновение представил, что вместо гномки на кровати лежит прекрасная эльфийская дева, а ее длинные золотистые волосы живописно разметались по подушке, и грустно вздохнул. Впрочем, насчет человеческой девы он тоже ничего против не имел.

— Вот с кем я теперь смогу поговорить по душам, а?! — зло продолжил Солас. — А в идеале она вообще должна была быть магичкой!
— Эта Кадаш показалась мне довольно милой дамой, — осторожно заметил Каллен. — Правда, еще не имел чести вести долгие разговоры.
— Дело не просто в приятной беседе! — недовольно пробурчал эльф и осекся. Коммандеру показалось, что у него слегка покраснели кончики ушей. А может, так упал отблеск пламени в камине.
— Да ты на нее хотел глаз положить! — дошло до Каллена. Он ухмыльнулся.
— Вечно вы, люди, все опошляете, — скривил губы эльф. — Дело тут совершенно не в этом.
— Расист! — улыбнулся коммандер.
— Не говори ерунды, — эльф встал со стула и подошел к кровати. — Просто она не соответствует моим высоким стандартам.
— Ты имеешь в виду, что она не эльфийка, — подсказал Каллен.
Солас лишь сердито посмотрел на человека.

Каллен достал откуда-то из кармана моток тесемки с нанесенными делениями и парой ярко-красных отметок и положил его на кровать, вдоль гномки. До верхней отметки она даже близко не доросла, да и к нижней было еще стремиться и стремиться.

Солас задумчиво посмотрел на тесемку и ткнул пальцем на нижнюю отметку:
— Вот так было бы нормально. Плюс-минус погрешности, конечно... Но вот здесь уже очень высоко.
— А вот это был бы уже нормальный человеческий рост, — пожал плечами Каллен. — С другой стороны, наша посол Жозефина будет где-то посередине. Или она уже не вписывается в твои высокие стандарты?
— У нее слишком... слишком короткие уши! — с достоинством ответил Солас.
— Тогда... низенькая кунари? — предположил Каллен. Честно говоря, сам он таких не видел, но это не значит, что таких не было вообще.
— И без рогов на голове! — отрезал Солас.
— Значит, все-таки расист, — подвел итог коммандер.

Солас тихо выругался по-эльфийски, но спорить не стал.

— Вроде бы среди наших магов я видел очень ушастого эльфа, — припомнил Каллен.
— Без таких крайностей! — возмутился Солас. — Все вы, люди, извращенцы!
— Я на всякий случай уточнил, — оправдывался коммандер. — Я и сам не очень-то одобряю...
— Ладно, не судьба, — проговорил Солас сквозь зубы и хлопнул дверью.

Каллен взял тесемку, поборов смущение, обернул ее сначала вокруг груди, затем вокруг бедер Кадаш. На обратной стороне ткани были другие метки, и в них гномка вписывалась идеально. И рогов вышеупомянутых не было... Но вот ростом все равно не вышла.

Каллен убрал тесемку в карман и с тихой руганью тоже покинул помещение.


P.S.Пост с этой гномкой, если что: nightocorsa.diary.ru/p202424071.htm



Мередит всегда считала, что после смерти Создатель за годы верной службы обеспечит ее каким-нибудь уютным уголком, где она смогла бы предаваться своим извращенно-эротическим фантазиям. В своих лириумных мечтах храмовница постоянно ужесточала надзор за Кругами магов, денно и нощно ловила особо опасных отступников, с чувством глубокого удовлетворения наблюдала, как усмиряют Орсино, и неусыпно следила за тем, как всех остальных лиц с магическими способностями сгоняют в резервации (под неусыпное бдение храмовников, разумеется).

Увы, ее мечтам не суждено было сбыться, — из-за недостаточного энтузиазма в ловле магов, как считала сама Мередит. В итоге она оказалась в ужасном месте... в своем собственном кабинете в Казематах, с точно такой же рутинной работой. Вот только ее гордости — меча с идолом из красного лириума — при ней не было. Но храмовница не отчаивалась. Она была уверена, что когда-нибудь загладит свою вину перед Создателем, и ее пустят в местечко поприятнее. Надо было только работать усерднее.

***


Что делать с магами, у Мередит вопросов не возникало.

Только вот маги появлялись какие-то неправильные.

Первой пришла высокая темнокожая женщина в изящном одеянии, явно сшитом на заказ где-то в Орлее, и храмовнице она сразу не понравилась. И странным головным убором, напоминающим пару рогов, и магическим посохом за спиной, и слишком вычурной речью.

— Душенька, — начала та. — Не будете ли вы так добры обсудить со мной положение магов? Видите ли, я считаю, что нам нужны и Круги, и храмовники — для нашей же защиты. С вашей стороны было бы в высшей степени любезно, если бы вы лично проверяли новых рекрутов. Мы с коллегами набросали список требований к молодым людям. Во-первых, кандидаты должны иметь образование, во-вторых, обладать приятными манерами и правильной речью. В-третьих, необязательно, но крайне желательно, чтобы рекрут был благородного происхождения...
— А по личным апартаментам каждому вы не хотите?! — грубо перебила посетительницу Мередит. — Совсем уже зарвались...
— О, цветик мой, вот вы и перешли к следующему пункту, — обрадовалась магичка, словно и не заметив вспышки храмовницы. — Если вы не возражаете, размер покоев мага не должен быть меньше установленного...
— Да куда только Церковь смотрит! — вновь возмутилась Мередит.
— Ладно, давайте поговорим о Церкви, — согласилась магичка. — Полагаю, что магам давно пора занимать некоторые церковные должности. К примеру, из меня вышла бы прекрасная Верховная Жрица...

Мередит просто ощущала, что Создатель сейчас испытывает ее терпение, и она с трудом, но сдержалась, чтобы не нанести женщине тяжелые телесные повреждения.

— Хватит! — прошипела она. — Вон из моего кабинета! Совсем распустились!!!
— Неотесанная деревенщина, — тихо проговорила магичка, продолжая лучезарно улыбаться. — Так мы с вами вопросы не решим, милочка. Я зайду завтра. И дорогая моя, так нервничать просто опасно для здоровья! Что же мы будем делать, если с вами что-то случится?

Казалось, что с ее языка капал яд, но внешне магичка была спокойна как друффало. Она отвесила храмовнице изящный поклон и закрыла за собой дверь.

***



Мередит устало откинулась на высокую спинку деревянного стула и попыталась взять себя в руки: день только начинался. Не успела она успокоиться, как в ее кабинет ввалилась крайне колоритная парочка: смуглый усатый брюнет (храмовнице он очень приглянулся — его бы она в первую очередь отправила в резервацию) с магическим посохом и гномка со здоровенным двуручником, зловеще выглядывающим из-за ее плеча.

— Здравствуйте! — выпалила она, приглаживая темные взлохмаченные волосы и пытаясь отдышаться. — Я Инквизитор Кадаш!

Про Инквизицию Мередит слышала и даже одобряла, но не знала, что туда могут набрать гномов. Тем более, на такие должности.

«Куда мы катимся? — с тоской подумала она. — Еще немного, и на Солнечном Троне будет сидеть кунари. Кунари-маг!»

— ...Тевинтер! — тем временем говорила гномка. — Я слышала, там каждый может стать магом!

«Тевинтер — захватить, магов — сначала в резервацию, потом на общественно-полевые работы, пусть картошку посохами выкапывают», — машинально подумала Мередит.

— Ну, не так уж и каждый, — возразил мужчина. — Я же тебе рассказывал...

Но Инквизитор его даже не слушала.

— При малейшей возможности туда отправляюсь! — тараторила она, с вызовом скрестив на груди руки. — Там из меня сделают человека! В смысле, мага. В смысле, гномочеловека... магогнома... гнома-мага!
— Да я скорее за Кассандрой приударю, а она не будет против! — хмыкнул мужчина.
Судя по приунывшей физиономии гномки, этот странный аргумент ее убедил.
— В таком случае... — Кадаш задумалась. — Надо пригласить сюда магов из Тевинтера. Для обмена опытом!
«Только через мой труп!» — захотела заорать Мередит, но потом задумалась. С одной стороны, ничего хорошего это не предвещало. С другой — это сколько же неприкаянных магов можно схватить за раз!
— Конечно, — ехидно согласился спутник Инквизитора. — Магистров-рабовладельцев из Тевинтера мы позовем в гости в Ферелден!
— В смысле, к нам в Инквизицию, — скромно поправилась гномка.
— Так вот что делают пленные тевинтерские маги в подвалах замка, — цокнул языком маг. — Гостят и наслаждаются видами! А я уж беспокоился, что ты их коллекционируешь, немного нездоровое увлечение, знаешь ли... Слушай, а как же стереотипный магистр-злодей из Тевинтера с толпой рабов и ритуалами кровавой магии? Неужели не страшно?
— Ну... — пробормотала Кадаш. — Ты сам не спешишь вызывать демонов, твой отец оказался очень милым человеком и окончательно добил вашу тевинтерскую репутацию. Да и Алексиус... В Тевинтере очень семейные люди! Насчет остальных магов не уверена, они почему-то не хотят со мной разговаривать.
Мужчина пожал плечами, но комментировать не стал.
— Да разберитесь уже между собой! — не выдержала Мередит.
Парочка удивленно посмотрела на нее, будто в первый раз увидев, и покинула кабинет.

***


Через какое-то время в кабинет просочился Блейз, повертел наглой рыжей физиономией и вопрошающе уставился на храмовницу. Мередит с трудом поборола желание схватить со стола что-нибудь тяжелое и кинуть в мужчину.

Во-первых, ей не нравилось, что Хоук был магом. Во-вторых, он не был магом Круга, то есть, являлся апостатом. А в-третьих, благодаря его связям, лезть к нему было себе дороже. Ну а в-четвертых, Мередит никак не могла понять его логику: то ли он был больным на всю рыжую голову мазохистом, то ли так искусно глумился над окружающими.

— Я тут подумал, — начал он, без приглашения плюхаясь в кресло напротив стола. — Магия — это бесспорное зло.
У Мередит задергалось левое нижнее веко. Она рефлекторно сжала пальцы в кулак (представляя горло Хоука).
— И маги тоже зло. А я — самое злостное зло! Убивать нас всех надо! Где ваш меч?!
Хоук настолько сурово посмотрел на Мередит, что ей стало немножко неудобно, так как оружия рядом с ней не было.
Блейз с укором вздохнул.
— Вон из моего кабинета, — прошипела храмовница, пытаясь держать себя в руках.
— Я тут парочку особо опасных отступников знаю. Один — безумный кошатник, а вторая не может оторваться от зеркала, — «по секрету» наябедничал маг.

Мередит так и не смогла понять, говорил ли он серьезно, или издевался. Каллен уже неоднократно жаловался ей, что Блейз не давал ему проходу и постоянно требовал что-нибудь с ним (и его дружками) сделать. Но опять же, сверху были ясные приказы никого не трогать, хотя и очень хотелось. Злого наместника и не менее злых жителей Киркволла, негодующих по поводу безвинно убиенного Защитника, храмовники видеть совершенно не желали (и даже понимали, что кроме вреда от Хоука с его шайкой также была и определенная польза).

— Священный поход в Тевинтер? — тем временем предложил Блейз.
Мередит шумно выдохнула и отрицательно покачала головой.
— Усмирить всех магов в Круге, а меня в первую очередь? То есть, сначала меня принять в Круг, а потом усмирить, — продолжил он.
Храмовница, не выдержав, схватила со стола тяжелую статуэтку. Маг поцокал языком.
Быстрая реакция (все-таки не зря он звался Защитником Киркволла) спасла его странную голову от летящего предмета.
— Самоубийством жизнь покончу? — проорал Хоук уже из-за закрытой двери. — С вами совершенно нельзя нормально договориться! Лучше я найду Каллена!..

***


День (один из многих) подходил к концу. Мередит знала, что завтра все повторится еще раз, и молилась, что ей хватит терпения. Создатель определенно испытывал ее веру (или обладал странным чувством юмора).
Быть может, он хотел, чтобы она решила вопрос с магами более жестко? Но ведь любимого меча при ней не было... Оставалось только ждать.

Дверь тихо скрипнула. На пороге появился лысый эльф в пыльной дорожной одежде. И с магическим посохом за спиной, конечно.

— Прошу прощения, — проговорил он. — Вы тут случайно мою знакомую не видели? Она может превращаться в дракона.
Он посмотрел на вытянувшуюся от удивления физиономию Мередит.
— Так я и думал, — вздохнул он.
— Ты кто? — грубо прервала его храмовница.
— Не из вашего пантеона, — отмахнулся эльф и вышел из кабинета.

Мередит вскочила и бросилась к двери. Но в коридоре уже никого не было.


P.S. Название - отсылка к А. Бестеру.





Этой ночью магу почему-то не спалось. Даже наоборот, хотелось думать о чем-нибудь прекрасном и высоком. Он спустился на нижний этаж, прихватил бутылку хорошего вина из погреба (все равно Жозефина не могла его сейчас засечь и прекратить мародерство) и отправился созерцать звезды на свежий воздух.

Как он и ожидал, в саду в это время никого не было. Дориан присел на скамью, вытянул ноги и отхлебнул из бутылки. Затем он услышал какое-то копошение в соседних кустах. Не то, чтобы мага это очень смутило (напротив, только вызвало любопытство), но с дум о вечном все-таки сбило.

— Ах ты ж... — чувственно проговорили из кустов голосом Инквизитора Тревелиан. — Ненавижу.

Дориан аж подался вперед от интереса. Неужели Кора смогла сделать невозможное и умудрилась затащить Каллена сюда, чтобы предаваться любовным утехам? Не похоже на паиньку-храмовника. Но и слухов, что у коммандера внезапно начали прорезаться рога (как у Железного Быка, например, или у оленя из конюшни), пока не водилось. При всей любви к сплетням, Дориан не горел желанием быть одним из их источников. Особенно с такими участниками.

Он задумчиво сделал еще глоток и уже был готов вернуться к себе, прихватив бутылку, но тут из кустов кто-то вылез. Как назло, луна частично скрылась за облаками, но света было достаточно, чтобы Инквизитор могла заметить мага, что она и сделала.

— Дориан?..

Он нехотя поднял голову, чтобы привычно отшутиться, но слова застряли в горле.
Леди Инквизитор стояла, небрежно облокотившись на лопату, воткнутую в землю. На светлой ткани ее одежды расплылись подозрительные темные пятна. Довершал образ плащ Каллена, наброшенный на плечи Тревелиан.
Маг нервно сглотнул. В Ферелдене, конечно, царили далеко не тевинтерские традиции, но некоторые вопросы тоже могли решаться достаточно сурово.

«Заманила, убила, закопала, а плащ оставила себе, — мигом выстроилась в его голове единственно верная логическая цепочка. — Помогать прятать труп уже не надо, а свидетель ей не нужен. И чего они только с Калленом не поделили?!»

— Инквизитор? — вежливо проговорил маг, будто бы ничего странного не происходило. — Как тебе погода?
Даже на взгляд самого Дориана, это звучало фальшиво и неубедительно. Но Тревелиан, казалось, не заметила.
— Прохладно, — пожаловалась она, заматываясь в плащ с мехом неизвестного происхождения. — А работы еще много. Может, раз уж не спишь, сможешь мне помочь?

Дориан живо представил, как тяжеленная лопата опускается на его голову, а далее дело идет по накатанной схеме... Почему-то в его фантазии Инквизитора (уже с хладным телом самого Дориана в кустах) застукивал Солас.

— Эй? — нетерпеливо переспросила Тревелиан, переминаясь с ноги на ногу. В тусклом лунном свете кровожадное выражение ее лица не сулило ничего хорошего.
— За что ты меня так ненавидишь? — тоскливо поинтересовался Дориан. Посоха, конечно, с ним не было (вроде бы, как и ножей у Инквизитора), но для мага это не было критичным. А там уже кто окажется быстрее.
— Тевинтерец! — это прозвучало как оскорбление. — А может, для разнообразия все-таки попробуешь заняться тяжелым физическим трудом, раз уж не спишь?

Инквизитор явно надулась и вновь скрылась в кустах, не отпуская лопату. Дориан осторожно встал и попятился к двери в замок.

— Это как? — спросил он, решив, что терять нечего. — Ловить засидевшихся у костров, а затем закапывать в саду?
— И шутки у тебя дурацкие! — прозвучало в ответ. — Мне нужно посадить еще кустиков десять!
— Кустиков? — ошалело переспросил Дориан.
— Ну да, — ответила Тревелиан, вновь вылезая из зарослей с ящиком рассады. — Феландарис. Днем совершенно про него забыла!
Судя по тому, как это было сказано, к траве у нее были какие-то личные счеты.
— Ни одного растения ни во внутренних землях, ни на побережье... И вообще нигде в Ферелдене! Даже шпионы Лелианы не смогли найти!
— То есть, ты хочешь заняться разведением этой травы? — на всякий случай уточнил Дориан.
— Ну да... — Инквизитор вытерла о плащ испачканную в земле руку и почесала зудящий нос.
— А Каллен знает? — Дориан красноречиво кивнул на плащ.
Инквизитор махнула рукой.
— Понимаешь, он спал, а я не хотела его будить. К тому же, тут холодно, и вряд ли бы он обрадовался, если бы я подхватила простуду.
— Действительно, — согласился с ней маг. — Ну так что, как там сажать эту твою траву?

***


Через какое-то время они сидели на скамье с бутылкой вина на двоих.
Лопата была воткнута рядом со свежевскопанными «могилками», а на ней гордо развевался плащ Каллена. В конце концов, от работы жарко стало и Дориану, и Коре.

— Когда-нибудь, — пьяно потянула довольная Инквизитор, — феландарис будет расти во всем Ферелдене. Меня будут вспоминать не только как того, кто победил Корифея!
— Но и как того, кто завез в страну очередное сорное растение, — согласился с ней Дориан.
— Умеешь ты момент испортить, — пробормотала она. — Это еще почему?
— Ну, польза от него сомнительная, обыватели его побаиваются, а эстетической ценности от него вообще нет, — подвел итог маг, разводя руками. — Фенеки, завезенные из пустыни, как минимум милые и пушистые, хотя и расплодились тут хуже крыс.
— Ладно, я поняла, — согласилась Инквизитор. — Только в Скайхолде и в ограниченных количествах.
Она заразительно зевнула.

— Спокойной ночи, — пробормотала она, вставая и забирая плащ. Тревелиан скептически осмотрела оставленные пятна, махнула рукой, сунула плащ под мышку и направилась в замок.





Дориан с раздражением обернулся и, конечно же, увидел отца. Магистр выглядел крайне растерянным, но вместе с тем и возмущенным.

— Что на этот раз? — довольно грубо поинтересовался молодой маг, всем своим видом давая понять, как не хочет отвлекаться от чтения древнего научного труда (под обложкой которого прятался очередной, выклянченный у Кассандры, любовный роман).

— Ну это уже ни в какие рамки не лезет! — магистр просто пылал праведным гневом. — А еще что-то про Тевинтер говорят!

— Например? — лениво поинтересовался Дориан.

— Выхожу сегодня на балкон, чтобы полюбоваться прекрасным рассветом в горах, — Галвард попытался взять себя в руки и уже более спокойно продолжил. — Затем я случайно бросил взгляд вниз и заметил одну крайне... колоритную парочку. Здоровенного мужика и маленькую девочку! Если бы ты только знал, чем они там занимались!

— С приватностью в Скайхолде просто беда, — посетовал Дориан. — Жозефина такой крик подняла, когда я совершенно случайно заглянул в ее покои! Кстати, та ночная сорочка ей совершенно не шла. Я крайне вежливо пытался ей об этом намекнуть, но она бросила в меня вазу — еле-еле успел увернуться. Нет, она мне совершенно в этом смысле не нравится, — поспешил уточнить Дориан, увидев, как лицо папаши вытянулось от удивления.

— Я понял, — поморщился магистр. — Но это! Это уже педофилия какая-то!

— Ага, — кивнул Дориан. — А можешь описать этого маньяка?

Магистр неуверенно пожал плечами.

— Едва ли я успел хорошо его разглядеть. Темноволосый, высокий, вроде бы с бородой.

— Да, рожа крайне уголовная, — согласился молодой маг. — А вблизи так вообще кирпича просит. Ну, а девочка?

— Она... хм, лежала так, что ее я видел плохо. Наверняка ее тут держат против ее воли!

— Возможно, в каком-то смысле, — задумчиво проговорил Дориан. — Но не думаю, что она сама захочет уйти.

— То есть, все знают, и это никого не волнует? — возмутился Галвард.

— А дело происходило в конюшне?

Магистр кивнул.

— В общем-то, мужик — действительно уголовник, — признал Дориан. — А девочка вовсе не девочка, а Инквизитор Кадаш. Ростом немного не вышла, но для гномки-то в самый раз. И если уж на то пошло, то для девочки она слишком фигуристая. И да, у них там большая любовь, хотя, на мой взгляд, в сарае… негигиенично, как минимум. Эй, ты куда?!

— За вином, — пробурчал магистр Павус, еще раз убедившийся, что в Скайхолде с ума сошли все. Начиная с Инквизитора.





Судя по пробивающемуся в окно свету, сейчас было настолько ранее утро, что всем приличным Инквизиторам (и не только) полагалось спать еще несколько часов. Леди Тревелиан недовольно поморщилась и схватила край одеяла с твердым намерением натянуть его себе на голову, чтобы решить две проблемы сразу: лучей солнца и утренней прохлады.

Однако одеяло попалось несговорчивое и почему-то с ворчанием не только увернулось, но и убежало на другую половину кровати. От удивления Кора проснулась. Одеяло затаилось. Инквизитор осторожно ткнула его пальцем, а затем резко дернула на себя. Оказавшийся там Дориан выругался по-тевинтерски. Слов Кора не поняла, поэтому было вдвойне обиднее.

— Ты тут чего делаешь? — озадаченно спросила она, пятерней пытаясь пригладить спутавшиеся волосы. События вчерашнего вечера (или уже сегодняшнего утра?) ускользали из памяти. Успокаивало лишь то, что вроде бы и она, и Дориан были в одежде.
— Спал, — пробурчал маг. — И собираюсь продолжить это делать.
— Как ты тут вообще оказался?! — возмутилась Тревелиан. — Раньше надо было думать, а сейчас слишком поздно, я с Калленом! Слухов нам только не хватало!
Дориан зарычал и приподнялся на локтях.
— Тогда ты и иди отсюда, — предложил он. — А в Тевинтере в такое время даже рабы не встают.
— Но это же спальня… — Кора осеклась, впервые разглядев обстановку.
— Правильно, Каллена, — ухмыльнулся маг. — И если я испорчу чью-то репутацию, то только его. Мне-то все равно. С другой стороны, если нас с тобой увидят вдвоем… выходящими из его башни… утром…
Кора задумалась. Потолок весело кружился.
— А ведь кто-то говорил, что свою меру знает, — поцокал языком Дориан. — Итак, после обильных вчерашних возлияний в честь победы мы с Калленом решили поговорить о вечном за партией в шахматы в его башне. Потом пришла ты. Зачем — непонятно, сказать внятно ты не могла. Бормотала что-то про «гравитацию», — где только таких слов умных нахваталась? — и завалилась. Сразу на кровать, лишив Каллена чести подхватить тебя. Вынужден признать, к утру разговоры о вечном немного вымотали меня, и я был вынужден прилечь. Каллен же по-рыцарски ушел в рассвет. А может, ему нужно было побыть в одиночестве… — задумчиво добавил Дориан и покосился на сваленные в углу бутылки.
— И где он сейчас? — спросила Кора. Почему-то она почувствовала себя виноватой.
— Без понятия, — честно признался маг. — И хватит уже вопросов!
Он вновь заполз под одеяло, давая понять, что разговор закончен.

Леди Тревелиан слезла с кровати, со стыдом отмечая, что спала в сапогах, и полезла на лестницу. Спускалась долго и задумчиво, рассуждая о том, что гравитация сегодня притягивала сильнее обычного.

В кабинете Каллена тоже не оказалось, и она вышла на улицу.

Если бы на месте Тревелиан был художник с развитым чувством прекрасного, он бы сразу же схватил холст, краски и кисти и бросился рисовать картину «Рассвет над Скайхолдом». Кора же была занята тем, что отыскивала путь среди двоящейся действительности.

— Он ходил здесь!
От неожиданности Кора вздрогнула и обернулась. За спиной стоял взволнованный Коул. Инквизитор готова была поклясться, что несколько секунд назад его там не было.
— Резь в глазах, горло стянуло, боль, которую невозможно вынести… — быстро произносил он, словно не замечая Инквизитора. Металлические заклепки на его шляпе ослепляюще блестели, и Кора прищурилась.
— Я чувствую его страдания… Лучше умереть, чем переживать это снова и снова! — Коул схватился за голову.
— Бедолага, — посочувствовала Тревелиан. Увы, умирающие солдаты были частыми гостями в Скайхолде. Многих уже невозможно было спасти, но Коул каким-то образом мог облегчать их предсмертные мучения.
— Я могу помочь ему, — доверительно сообщил Коул. — Прекратить его страдания. Боль пройдет.
Кора утвердительно кивнула.
— Перед концом он вспомнит своих потерянных друзей, реку, монетку на счастье… сестру Мию. Она улыбается, смеется…
— Стоп! — Тревелиан слегка протрезвела, и двоящийся Коул начал сливаться в одного. — Речь была о Каллене? Где он?!
Коул внимательно посмотрел на Инквизитора широко раскрытыми голубыми глазами и показал на кусты, растущие вдоль стены. Кора хотела кивнуть ему, но он уже исчез.

Зевая, она пошла в указанном направлении. Плащ Каллена, измазанный в земле, служил прекрасной маскировкой, и шпионам Лелианы пришлось бы потрудиться, разыскивая коммандера. К сожалению, Кассандра, выигравшая плащ в «Порочную добродетель» все-таки вернула свой выигрыш владельцу.

— Коммандер, — Кора легонько потрясла его за плечо. — Корифей вернулся!
Каллен дернулся, но все-таки проснулся и повертел головой. Увидев перед собой ухмыляющуюся Тревелиан, он вздохнул.
— Только Дориану не говори, — сдавленно попросил он. — У них, в Тевинтере, похоже, устойчивость к пьянкам выработалась…
— Все ясно, — кивнула Инквизитор, помогая ему подняться. — А здесь-то ты как оказался?
Каллен неуверенно пожал плечами, давая понять, что вчерашние события для него были окутаны мраком тайны, и надеяться оставалось только на добродетельность Тревелиан и Павуса, и что над коммандерским телом никто из них не успел надругаться.
— Ладно, пошли в погреб, там лечиться будем, — предложила Кора. — Все равно в твоей кровати сейчас Дориан спит.
Она старательно проигнорировала вытянувшееся от удивления лицо коммандера.
— Лучше доспать в моих покоях, — скромно предложила она. — Все равно утро сейчас ранее, да и Коул тут неподалеку бродит…

У замка она все-таки остановилась.
— Каллен, позволь спросить, что это? — наконец решилась Кора.
— Это? Мой плащ, — бывший храмовник пожал плечами.
— Нет, это.
Инквизитор ткнула пальцем в потихоньку начинающий облезать мех на воротнике. Испачканный, выглядел он жалко, словно отражая состояние владельца.
Каллен нервно стал тереть шею.
— Не знаю, — честно признался он.
— Где ты это нашел?
— Его Хоук нашел, — грустно вздохнул Каллен. — Сказал, что оно завелось и жило недалеко от Киркволла. Оно первым набросилось на него, но Хоук все же вышел победителем из опасной схватки. Шкуру он захватил с собой… Часть меха украшает его броню, а остальное пошло мне на плащ.
— Оно ведь там само сдохло? А Хоук решил подобрать, да? — выгнув бровь, спросила Тревелиан. — Еще и над тобой поиздевался?
— Скорее всего, — не стал возражать Каллен. — Но уверяю тебя, раньше оно выглядело приличнее.

Далее они шли в тишине. Каждый думал о своем: Кора о том, как бы половчее стянуть плащ и, наконец, похоронить незадачливое существо неизвестной породы, Каллен же раздумывал над тем, как усилить бдение над несчастным плащом.



Драббл 8. Temples of Gold (Солас, Митал; фИнквизитор)



Инквизитор трижды, как было условлено ранее, постучал кулаком в неприметную деревянную дверь. Открылось маленькое окошко, и на кунари уставился подозрительный голубой глаз. Лелиана пронизывающе окинула Инквизитора взглядом и впустила его внутрь.

Геннадий Петрович Адаар (для своих просто «Петрович»), пригнувшись, чтобы не задеть рогами низкий потолок, боком зашел и занял свое традиционное место в массивном кресле. В помещении сразу стало тесновато.

Небольшая комната с минимумом мебели являлась идеальным местом для проведения Тайных Совещаний (и настолько стереотипным, что Варрик мог бы использовать ее описание для своих романов). Расположение комнаты хранилось в строжайшем секрете: все о ней всё равно знали, но слуги регулярно забывали убираться. Лунный свет из узкого окошка под потолком добавлял загадочности, а на стенах плясали зловещие тени, отбрасываемые пламенем свечи.

В полумраке глаза Лелианы вопросительно блестели.
— Узнал? — спросила она.
Петрович важно кивнул.
Разведчица Хардинг слегка подалась вперед в ожидании новостей. Жозефина вежливо изогнула бровь. Кассандра лишь нетерпеливо фыркнула.

Тайная встреча неуловимо напоминала внеочередное собрание Совета (не считая отсутствующего Каллена, который занимался какими-то скучными тактическими делами).

— Итак, тебе удалось встретиться с королем Алистером? — деловито поинтересовалась Жози и откуда-то достала свой неизменный планшет, приготовившись записывать.

Кунари гордо хмыкнул. Вообще-то, Его Величество не горел желанием общаться, но почему-то перед обаянием рогатого Инквизитора удержаться не смог.
— И? — Лелиана, заложив руки за спину, шагами измеряла комнату.
— Дела идут более-менее неплохо, насколько это сейчас возможно, в стране сейчас...
— Это мои шпионы и так знают лучше самого Алистера, — прервала его Лелиана, скривившись. — Ты по делу давай.
Она резко остановилась и посмотрела Инквизитору в светло-фиалковые глаза.
— Он... — Петрович взял драматическую паузу. — Сильно переживает из-за отъезда королевы и даже не пытается это скрыть, ведь он сильно по ней скучает. Дориан, когда его услышал, чуть не прослезился.
— Они всегда были такой милой парой, и в Ферелдене их все любят, — вздохнула Лелиана. — А сколько романтики в истории их знакомства! Какие баллады по этому поводу были сложены, а сколько бардов было во дворце! Пока их королева не выгнала... Почти десять лет прекрасного брака... Очень милая пара... Но очень бестолковая! Спрашивается, о наследнике кто думать будет?!
— Я так понял, что они очень старались... — смутился Инквизитор. Спрашивать об этом Его Величество было неловко, но леди Соловей уж очень просила узнать. Прижатый к стенке (во всех смыслах) Алистер выложил все.
Лелиана фыркнула.
— Только почему-то мои шпионы доносят, что или королева где-то порождений тьмы выискивает, то король на дипломатических разъездах... — она досадливо махнула рукой.
— Но ведь она ищет способ избавиться от Зова, — напомнила Жозефина, сверяясь со своими записями.
— Вечно у них какие-то оправдания! Уже десять лет почти прошло, — нахмурилась леди Соловей. — Ладно, как только она вернется, беру дело в свои руки.
— Направишь шпиона, чтобы свечку держал? — невозмутимо уточнила Кассандра. Хардинг захихикала.

Лелиана строго на нее посмотрела, но ничего не сказала.

— Итак, переходим к следующему вопросу. Как дела у Блейза?
— А разве Варрик не в курсе? — удивилась гномка.
— Больше этому вруну верь, — посоветовала Кассандра.

Петрович неуверенно пожал плечами. Нахальный рыжий маг производил неоднозначное впечатление.

Защитник Кирволла выразил Инквизитору свое удовольствие вынужденному союзу с храмовниками, предложил отправить в резервацию бунтующих магов и по-быстрому организовать Священный поход в Тевинтер. А еще с нехорошей ухмылочкой попросил передать привет Каллену (причем, когда Инквизитор исполнил просьбу, у Каллена задергалось левое нижнее веко).

— Хоук не пропадет! — с уверенностью заметил Инквизитор. — Он направился к Стражам.
— Варрик сказал, что Изабела пойдет за ним, хочет он того или нет, — вспомнила Кассандра. — Два сапога пара.

Лелиана сперва хотела узнать все рассказанные Хоуком подробности, но посмотрела на позеленевшее лицо Петровича и передумала. Похоже, что Хоук рассказал ему много, даже слишком много.

— Ладно, с этими разобрались, — Лелиана подошла к окошку и замерла. В лунном свете она напоминала статую. — А теперь переходим к последнему вопросу.

Она резко обернулась.

Петрович съежился и вжался в кресло. Жозефина постаралась слиться со стеной.

Основной движущей силой их неспешного романа являлась Лелиана. Если бы не вмешательство леди Соловей, Инквизитор до сих пор бы вился вокруг ничего не подозревающей девушки (сказать ей напрямую ему не позволяла деликатность, а Жози упорно не понимала, почему это кунари так любит стоять и томно вздыхать у ее письменного стола). С другой же стороны, Лелиана четко следила за тем, чтобы весь разврат ограничился поцелуйчиками и прогулкой, взявшись за руки, по саду (под присмотром матери Жизель, на всякий случай). В общем, это было излишне, так как Петрович скорее бы перешел к Корифею, чем обидел Жозефину. Да и у леди посла после показательной дуэли перестали отнимать время потенциальные женихи.

Впрочем, воспитательную беседу с кунари Лелиана все же провела, пообещав, в случае чего, оторвать ему не только рога, а конкретно рога повесить над главным входом в крепость.

Шпионка окинула суровым взглядом обоих, но никаких вопиющих нарушений не припомнила.

— Кажется, все в порядке, — согласилась она. — Но на мой взгляд, пора переходить к следующим действиям.
Петрович вытаращил глаза, представляя, как все «дальнейшие действия» будут совершаться под бдительными очами Лелианы, а Жози послушно приготовилась конспектировать.
Кассандра охнула и сразу же прикрыла рукой рот.

— Знакомить его с родителями Жозефины! — с раздражением пояснила Лелиана. — А не то, что вы там подумали... Ладно, отложим это до следующей встречи. Но вы, двое, имейте в виду: я за вами слежу!


@темы: творчество, Юмор, Фанфикшен, Стеб, Here Comes the Inquisition!, Fanfiction, Dragon Age

URL
Комментарии
2015-01-30 в 01:53 

gerty_me
если что-то несовершенно, это не значит, что оно не прекрасно (с)
Боже, какая прелесть :lol:
Кора просто очаровательна ♡♡♡
Дориан, сукин сын! Отомстил так отомстил :lol:

2015-01-30 в 05:50 

NightoCorsa
Like Hell I Will!
gerty_me, Спасибо:)

Отомстил так отомстил
Отомстил, это если бы все-таки смог исполнить задуманное а в первоначальной версии так и было:alles:

URL
2015-02-04 в 14:20 

NightoCorsa
Like Hell I Will!
Update 04.02.15: Драббл 2.

URL
2015-02-04 в 18:56 

gerty_me
если что-то несовершенно, это не значит, что оно не прекрасно (с)
Драббл 2 - какой весёлый стёб над игрой :lol:
Кадаш шикарна ^__^

2015-02-05 в 14:51 

NightoCorsa
Like Hell I Will!
какой весёлый стёб над игрой
Пожалуй, с точки зрения неписей некоторые действия игрока выглядят крайне странно.

URL
2015-02-13 в 19:09 

NightoCorsa
Like Hell I Will!
Update 13.02.15: Драббл 3.

URL
2015-03-11 в 20:10 

NightoCorsa
Like Hell I Will!
Update 11/03/15 Драббл 4.

URL
2015-05-04 в 13:39 

NightoCorsa
Like Hell I Will!
Update 04/05/15 Драбблы 5 и 6.

URL
2015-09-28 в 16:12 

NightoCorsa
Like Hell I Will!
Update 28/09 - про плащ Каллена

URL
2016-01-31 в 19:04 

NightoCorsa
Like Hell I Will!
Update от 31.01.16. Про Златые Храмы и сплетни Скайхолда.

все!

URL
   

Cora's Den

главная